Студия Amazon MGM Studios рассматривает выдвижение кукловода Джеймса Ортиза на «Оскар-2027» за роль инопланетянина Рокки в фильме «Проект »Конец света«». Формально это история про роль второго плана, но по сути речь о старом споре киноиндустрии: может ли персонаж, собранный из куклы, голоса и живой игры на площадке, считаться актёрской работой в привычном смысле.
Рокки, если отбросить пиарную мишуру, выглядит как тест на гибкость правил Американской киноакадемии. Ортиз не просто озвучил персонажа, а одновременно управлял его движениями и эмоциональной подачей. Это уже не обычная марионетка и не совсем motion-capture, а гибрид, который Голливуд любит продавать как «нечто новое», пока не приходит время делить статуэтки.
В «Проекте »Конец света»» Рокки играет роль союзника героя Райана Гослинга. Персонаж существует в кадре наравне с живыми актёрами, а сцены с Ортизом строились как полноценное партнёрство, а не как техническая вставка для спецэффектов.
Именно это и делает историю интересной. Академия уже много лет спотыкается о такие случаи, потому что кино любит притворяться чистым искусством, но на деле всё чаще живёт на стыке кукольной анимации, захвата движений и цифровой графики. Вспомнить хотя бы споры вокруг Энди Серкиса и Голлума. Тогда индустрия тоже делала вид, что вопрос простой, хотя на самом деле он бил в самую сердцевину того, кого вообще считать актёром.
По правилам Американской киноакадемии работа Ортиза подходит под категорию «Лучшая мужская роль второго плана», но сама система номинаций всегда медленнее технологий. Сначала студии создают гибридных персонажей, потом пытаются протолкнуть их в наградный сезон, а уже потом академия решает, где кончается актёр и начинается инженерия.
На фоне этого Amazon MGM Studios выглядит не пионером, а просто очередной студией, которая поняла, что награды любят истории не меньше, чем фильмы. Если кампанию действительно запустят, она почти наверняка станет не только борьбой за статуэтку, но и демонстрацией того, насколько далеко Голливуд готов расширять собственные определения, когда технология уже всё сделала за него.