Касперская назвала дипфейки и цену главными рисками массовой биометрии

Президент InfoWatch Наталья Касперская выступила против массового внедрения биометрии в России. По ее словам, разворачивать такую систему по всей стране слишком дорого, а дипфейки делают ее уязвимее, чем это выглядит на бумаге.

Касперская сравнила биометрию с привычными паролями и напомнила: если система работает на всю страну, мало просто собрать образцы. Их еще нужно хранить, защищать, обновлять инфраструктуру, а это уже отдельные расходы. Есть и другая проблема — качество слепка. На него влияет все подряд: камера, свет, условия, в которых человек проходит регистрацию.

И все же ее главный аргумент сейчас не про деньги. Гораздо опаснее то, как быстро подделывают лицо и голос. Пару лет назад дипфейки выглядели скорее как забавная штука для соцсетей, теперь их уже используют в мошеннических схемах и при попытках обойти дистанционную проверку личности. Отсюда и спор: речь идет уже не только о технологии, но и о доверии к цифровой идентификации вообще.

Единая биометрическая система уже работает, но спор только усиливается

В России биометрия давно перестала быть экспериментом. Единая биометрическая система используется для входа на «Госуслуги», оформления электронной подписи и ряда банковских операций, а государство и финансовый сектор дальше расширяют список сценариев. Весной 2026 года крупные банки и операторы цифровых сервисов снова заговорили о том, что биометрия сократит очереди и упростит удаленное обслуживание.

Но доверие к технологии растет не так быстро, как ее применение. По данным опроса ВТБ, к биометрии вместо паспорта для получения услуг готовы около 45% россиян. Для новой практики это немало. И все же меньше половины, так что любое расширение биометрических сценариев сразу упирается в вопрос согласия пользователей.

• вход на «Госуслуги» без пароля;
• оформление электронной подписи;
• удаленная идентификация в банках;
• доступ к отдельным цифровым услугам без визита в офис.

В этом споре Касперская занимает довольно осторожную позицию: технологию она не отвергает, но и делать из нее обязательный стандарт не хочет. Это особенно заметно на фоне банков и экосистем, которые видят в биометрии способ снизить потери от мошенничества и разгрузить отделения. На одном и том же рынке одни считают расходы, другие — потери от отказа от цифровой верификации. И спорят, по сути, об одном и том же, только с разных сторон.

Спор о массовой биометрии не новый

Разговор о биометрии в России идет волнами уже несколько лет. Сначала власти и банки продвигали ее как способ ускорить удаленные услуги, потом критики снова и снова напоминали про утечки, ложные срабатывания и про то, как трудно защищать большие массивы персональных данных. Тут компромисс между удобством и безопасностью почти всегда болезненный: чем шире используют систему, тем выше цена ошибки.

Сама биометрия тоже не подходит для всех случаев подряд. Где-то она реально удобна — например, при проходе в офис или подтверждении операции в приложении. А где-то проигрывает обычным способам проверки, если человеку нужно быстро восстановить доступ или пройти идентификацию в нестандартной ситуации. Отсюда и осторожная логика, которую Касперская, по сути, предлагает рынку: не тотальное разворачивание, а ограниченное применение.

Для России этот спор еще и чувствителен по другой причине: рынок цифровой идентификации уже сложился. Банки, госуслуги и частные сервисы борются за одни и те же сценарии входа и подтверждения личности, а пользователи все чаще выбирают не самый продвинутый вариант, а самый понятный. Если доверие к биометрии не вырастет быстрее, чем число ее внедрений, дальше обсуждать будут уже не удобство, а цену ошибок в большой системе.