В США предложили готовить военных Space Force к Луне
Американский аналитический центр Mitchell Institute предложил Пентагону готовить военных Space Force к службе на Луне и на орбитальных станциях. Авторы доклада считают, что соперничество США и Китая за южный полюс Луны со временем может выйти за рамки научных программ и перейти в спор о контроле над инфраструктурой, ресурсами и правилами доступа. Речь идет не о решении властей США, а о публичной рекомендации, которая показывает, как быстро меняется тон дискуссии вокруг лунной гонки.
Доклад написал отставной полковник Space Force Кайл Памрой. Он предлагает создать для Space Force программу пилотируемых военных полетов и наделить ее полномочиями по линии Title 10, то есть в рамках обычного механизма организации, подготовки и развертывания американских вооруженных сил. По его версии, США должны быть готовы защищать свои интересы в космосе, если Китай попытается закрепить за собой фактический контроль над лунной инфраструктурой.
Аргументация строится на темпах китайской программы. Китай завершил строительство станции Tiangong в 2022 году и с тех пор поддерживает на низкой орбите непрерывное присутствие экипажей. Последняя экспедиция Shenzhou-23, о которой говорится в исходном материале, включает участника годовой миссии. Это важный этап подготовки к высадке китайских тайконавтов на Луну, запланированной Пекином до 2030 года.
Авторы доклада утверждают, что именно тот, кто первым создаст устойчивую цепочку «низкая орбита — лунная поверхность», сможет навязать отрасли собственные нормы. Для Вашингтона эта логика чувствительна еще и потому, что NASA в январе 2024 года вновь перенесло Artemis III, первую после Apollo высадку американцев на Луну, с 2026-го на середину 2027 года. Каждая такая задержка дает Китаю дополнительное время на отработку своей архитектуры полетов.
Планы Space Force на Луну
Формально идея военного присутствия на Луне упирается в Договор о космосе 1967 года. Он запрещает размещать оружие массового поражения в космосе, не допускает национального присвоения Луны и прямо ограничивает военную деятельность на небесных телах. Поэтому речь в докладе идет не о немедленной милитаризации Луны, а о подготовке к сценарию, в котором действующие нормы окажутся недостаточными или будут трактоваться сторонами по-разному.
Это не первая попытка Вашингтона юридически закрепить правила до начала масштабного освоения Луны. С 2020 года США продвигают Artemis Accords, набор принципов для гражданского освоения космоса. К весне 2026 года к соглашениям присоединились более 50 стран, но Китай и Россия в этой конструкции не участвуют. Они продвигают собственный проект International Lunar Research Station и называют ориентиром создание базы в 2030-х годах.
На практике спор идет не только о флагах и символах. У южного полюса Луны ожидают залежи водяного льда в постоянно затененных кратерах. Этот ресурс нужен для воды, кислорода и в перспективе для получения ракетного топлива. Если одна страна первой построит энергетику, связь, посадочные площадки и логистику в районе таких участков, ее влияние на правила доступа станет не теоретическим, а вполне прикладным.
Space Force, созданная в 2019 году, до сих пор отвечает главным образом за спутниковую инфраструктуру, предупреждение о пусках, навигацию, связь и слежение за объектами на орбите. Переход к пилотируемой военной программе означал бы для нее смену профиля и заметный рост расходов. Для масштаба: бюджет службы в американском запросе на 2025 финансовый год превышал $29 млрд. Даже на этом фоне собственная пилотируемая компонента выглядела бы отдельной дорогой программой, а не расширением действующих задач.
У этой логики есть и техническая проблема. Вооруженный конфликт в околоземном пространстве почти неизбежно увеличит объем орбитального мусора. Последствия такого сценария затронут не только военные аппараты, но и коммерческие группировки, от связи до дистанционного зондирования. По оценке Euroconsult, мировая космическая экономика уже превысила $500 млрд, и значительная часть этой выручки зависит от устойчивой работы орбитальной инфраструктуры. Иными словами, цена ошибки здесь выше, чем в традиционной гонке вооружений.
Для Китая подобные публикации тоже удобны как аргумент в собственной дипломатии. Пекин публично настаивает на мирном использовании космоса и совместном освоении Луны. Чем активнее в США обсуждают военную роль на Луне, тем проще китайской стороне критиковать американские инициативы как попытку заранее закрепить преимущество под видом «правил».
Сейчас доклад Mitchell Institute не меняет американскую политику автоматически. Но он показывает, что обсуждение Луны в США смещается из научно-промышленной плоскости в военно-стратегическую. Ответ на вопрос, останется ли это экспертной дискуссией или превратится в бюджетную строку, появится довольно скоро: в следующем цикле оборонного бюджета и по мере подготовки Artemis III к старту в 2027 году. Если миссия снова сдвинется вправо, аргументы сторонников более жесткой модели освоения Луны станут громче.
