Современный косплей Минтары и Карлах из Baldur’s Gate 3 — паладины в панике

Baldur’s Gate 3 вышла ещё в 2023-м, но фанаты до сих пор не могут отпустить её персонажей. Косплееры Carroty и Nova решили не просто воспроизвести каноничные образы Минтары и Карлах, а переосмыслить их в современном сеттинге. Получилось именно так, как звучит: необычно, дерзко и с характером, который никуда не делся даже без доспехов и инфернального двигателя.

Минтара

Верховный жрец Абсолюта, дроу с таким уровнем харизмы и жестокости, что обаять её в первом акте сложнее, чем пройти Dark Souls вслепую. Carroty сохранила в образе главное: это человек, который в любой комнате моментально становится самым опасным существом. Неважно, что на ней надето. Это считывается на уровне инстинктов.

В игре Минтара появляется как антагонист, но если вы нашли с ней общий язык, она превращается в одного из самых интересных компаньонов во всей истории. У неё своя философия, своя логика и абсолютно нулевая толерантность к слабости. За это её и любят.

Карлах

Тифлинг-варвар с инфернальным двигателем вместо сердца, которую продали в Авернус ещё подростком, и которая каким-то образом вышла оттуда с желанием жить, смеяться и обнимать всех вокруг. Nova передала именно этот контраст: энергия, которая буквально не умещается в кадре, и при этом такое тепло, что хочется немедленно взять её в пати и никогда не отпускать.

Карлах стала одним из самых любимых персонажей игры не потому что она варвар с огромным топором, а потому что за этим топором прячется человек с очень живой душой. Её история в BG3 об этом и рассказывает.

Про косплей

В современных образах обе героини выглядят так, будто просто вышли из Врат Балдура, сняли доспехи, купили нормальную одежду и решили наконец пожить как люди. Или как минимум выпить кофе перед тем, как снова спасать мир. Carroty и Nova поймали характеры персонажей точно, и это видно сразу: узнаваемость работает даже без визуальных отсылок к игровым костюмам. Это и есть настоящий косплей, когда персонаж живёт не в деталях снаряжения, а в том, как человек держится в кадре.