Власти США начали отслеживать «анти-технологический экстремизм»
Американские силовые ведомства начали выделять в отдельную категорию угроз то, что во внутренних документах называют «анти-технологическим экстремизмом». Как пишет Wired со ссылкой на более чем 1 тыс. страниц неопубликованных материалов DHS, ФБР и региональных fusion centers, недовольство ИИ и цифровой инфраструктурой все чаще описывается там как возможный источник массовых протестов, беспорядков и насилия. Для технологической отрасли это означает новый политический риск: спор об ИИ выходит из плоскости регулирования в плоскость внутренней безопасности.
По данным издания, в документах фигурируют оценки на ближайшие пять лет, в которых «хаотическая атмосфера» вокруг ИИ может привести к протестам в крупных городах, включая Нью-Йорк. При этом сам термин anti-tech violent extremism не встречается в открытых докладах DHS и ФБР о внутреннем экстремизме. Это указывает не столько на сформированную правовую категорию, сколько на рабочую рамку, которую силовики тестируют внутри системы обмена разведданными.
В эту рамку попадают очень разные сюжеты. На одном конце спектра, как отмечает Wired, находится дело Зиз ЛаСоты, предполагаемого лидера группы с радикальными взглядами на ИИ, которую связывали с несколькими убийствами. На другом, куда более широком, местные центры мониторят публичные слушания, встречи жителей и заседания бюджетных комитетов, где люди выступают против строительства дата-центров рядом с жилыми районами.
Такой сдвиг совпал с курсом администрации Дональда Трампа на дерегулирование ИИ. В декабре президент подписал указ против «обременительных» правил штатов в этой сфере, а в мае отказался от другого указа, который предполагал добровольный доступ федеральных властей к frontier-моделям за 90 дней до их публичного релиза. Одновременно Белый дом ужесточил риторику в отношении политического насилия: в меморандуме по нацбезопасности и в новой контртеррористической стратегии критика «антикапиталистических» и левых движений стала заметнее, чем разговор о надзоре за самими ИИ-компаниями.
Анти-технологический экстремизм в США
Система fusion centers появилась в США после 11 сентября как сеть обмена данными между федеральными, штатными и местными органами. За эти годы ее не раз критиковали за расплывчатые критерии угроз и интерес к законной протестной активности. В докладах Сената и правозащитных организаций такие центры уже упрекали в сборе слабополезной аналитики о движениях против трубопроводов, антиглобалистских акциях и протестах вокруг расового насилия.
Теперь к этому набору добавился ИИ. Логика понятна по фактам, а не по лозунгам: рост вычислительной инфраструктуры уже вызывает конфликты на местах. По оценкам энергокомпаний и отраслевых аналитиков, именно дата-центры станут одним из главных источников роста спроса на электроэнергию в США до конца десятилетия. Для местных жителей это означает шум, нагрузку на сети, потребление воды и рост цен на землю, а для силовиков массовые и повторяющиеся поводы для уличной мобилизации.
Общественный фон тоже изменился. В последних опросах Pew Research Center американцы чаще говорили об обеспокоенности ИИ, чем об энтузиазме, особенно когда речь шла о рабочих местах, дезинформации и контроле над технологией. Параллельно растет и символическое давление: на этой неделе папа римский Лев XIV в своей первой энциклике призвал «разоружить» ИИ. Для ФБР это не доказательство угрозы, но сигнал о том, что тема вышла за пределы Кремниевой долины и академических дискуссий.
В этом смысле США движутся в сторону, отличную от европейской. Евросоюз строит ответ вокруг классификации рисков и обязанностей разработчиков через AI Act, а Вашингтон пока оставляет федеральное регулирование фрагментированным и активнее обсуждает безопасность вокруг протестной активности. Разница важна для бизнеса: в Европе главный вопрос звучит как «что обязана сделать компания», в США все чаще как «какой общественный конфликт вызовет ее проект».
ФБР в ответе Gizmodo заявило, что расследует людей, которые совершили или намерены совершить насилие и иные федеральные преступления, и не комментирует больше. DHS и нью-йоркское бюро разведки и контртерроризма, по данным издания, на запросы не ответили. Формально это оставляет силовикам простор: новая категория еще не закреплена публично, а значит ее границы будут определяться внутренними записками, практикой обмена данными и тем, какие кейсы местные центры решат считать тревожными.
Для отрасли вопрос теперь не только в том, как быстро вводить новые модели, но и как строить физическую инфраструктуру без политической эскалации. В 2026-2027 годах ответ станет заметнее по двум маркерам: числу протестов вокруг новых дата-центров и тому, появится ли термин «анти-технологический экстремизм» в открытых документах DHS или ФБР. Если это произойдет, спор об ИИ в США окончательно станет частью повестки внутренней безопасности, а не только технологической политики.
