Samsung считает, что мировой дефицит чипов памяти задержится как минимум до 2028 года. И даже в 2027-м, по ее оценке, ситуация может стать жестче. Компания объясняет это не разовым скачком спроса, а длинным циклом закупок со стороны ИИ-рынка, который уже сейчас выкупает мощности на годы вперед.
Об этом южнокорейская компания рассказала вместе с квартальной отчетностью. Крупные клиенты из сегмента искусственного интеллекта уже присылают прогнозы потребностей на несколько лет вперед и резервируют будущие поставки заранее. Не на квартал-другой, как раньше, а сильно дальше. Для Samsung такая схема удобна: фабрики проще загружать, а приоритет получают те, кто готов подписывать длинные контракты.
Но у этой предсказуемости есть и обратная сторона. DRAM, HBM и другая память дорожают, вместе с ними растут издержки производителей электроники. Samsung уже подняла цены на часть смартфонов и планшетов Galaxy, и сама же признает: дальнейшее удорожание начинает давить на спрос. На этом фоне полупроводниковое подразделение компании поставило рекорд по выручке, а вот бытовая электроника выглядит заметно слабее.
История с памятью давно вышла за рамки одной компании. Samsung, SK hynix и Micron в последние годы вкладывают больше в высокопроизводительную память для серверов — туда уходит основная маржа и основной объем заказов от облачных провайдеров и разработчиков ИИ. Потребительский рынок в очереди уже не первый. И дефицит из временной заминки легко превращается в системную проблему.
Главная причина дефицита, по версии Samsung, — перераспределение мощностей в пользу дата-центров и ИИ-инфраструктуры. Для обучения и работы больших моделей нужны огромные массивы памяти. И речь не только об обычной DRAM, но и о специализированных типах вроде HBM, без которых современные ускорители работают совсем не так, как задумано.
Из-за этого рынок меняется на глазах. Раньше производители памяти жили короткими волнами спроса и падения цен. Теперь крупные клиенты стараются застолбить объемы поставок заранее, чтобы не остаться без чипов в момент очередного скачка нагрузки. В такой игре выигрывает тот, у кого длиннее контрактный портфель и больше свободных мощностей.
Для Samsung это означает высокую загрузку заводов. Для покупателей обычной электроники — совсем другое. Когда память дорожает, производители ноутбуков, смартфонов и игровых ПК не могут бесконечно глотать рост себестоимости. Особенно если спрос слабый, а конкуренция в массовом сегменте плотная.
Похожее давление уже видно и по соседним рынкам. Nvidia, если опираться на отраслевые оценки, поднимала цены на свои видеокарты на 10—30%, и это довольно быстро отражалось на стоимости игровых ПК и ноутбуков. Память, похоже, перестала быть тихим компонентом внутри устройства и сама влияет на цену почти всей бытовой электроники.
Samsung уже показала, как дефицит памяти добирается до конечной цены. Подорожание комплектующих компания частично переложила на линейку Galaxy, а потом отдельно признала, что дальнейший рост способен ударить по спросу. Для рынка это неприятная история: дорожает не один класс устройств, а сразу несколько — от смартфонов до телевизоров.
Сильнее всего это бьет по массовым категориям, где маржа и так невелика. Производители ноутбуков и ПК не могут бесконечно удерживать стоимость конфигураций, если одновременно растут цены на память, накопители и графические процессоры. Поэтому вендоры будут чаще урезать комплектации, откладывать обновления модельных линеек или делать ставку на более дорогие версии, где остается запас для маневра.
Для самой Samsung 2026 год может оказаться переходным. Пока ИИ-компании готовы подписывать многолетние контракты и заранее резервировать чипы, производитель получает сильные финансовые результаты. Но если потребительский рынок начнет сдавать быстрее, чем будут расти мощности, давление на продажи устройств только усилится.
И вот тут прогноз Samsung становится важен уже не только для памяти как отдельной категории. Если компания не ошибается, напряжение на рынке чипов будет влиять на цены в электронике как минимум еще два года. А пик проблем, похоже, может прийтись на 2027-й — когда спрос на ИИ-инфраструктуру останется высоким, а новые фабрики еще не успеют закрыть разрыв.