В Перми начали испытывать деталь, которая в перспективе может сделать российский авиадвигатель ПД-35 чуть легче и экономичнее. Магистранты Пермского политеха сделали створку реверсивного устройства из композитов, выстроили под неё технологию и собрали рабочий образец. Для двигателя такой тяги это заметная история: лишний килограмм здесь сразу отражается и на расходе топлива, и на полезной нагрузке самолёта.
Створка реверса — часть системы, которая помогает самолёту тормозить после посадки за счёт перенаправления потока. Узел работает в жёстких условиях, поэтому здесь обычно смотрят в первую очередь на прочность, стойкость к нагрузкам и температурам. Переход на композиты в такой зоне выглядит смело. Генеральный директор «ОДК-Авиадвигатель» Александр Иноземцев назвал это направление одним из самых перспективных в двигателестроении и добавил, что такие решения даже у GE Aerospace и Rolls-Royce встречаются очень редко.
ПД-35 проектируют как двигатель тягой около 35 тонн для широкофюзеляжных самолётов и тяжёлых транспортных машин. Это самый крупный российский гражданский двигатель нового поколения, а его демонстратор показали ещё в начале десятилетия. За основу для части технологий взяли ПД-14, который уже стоит на МС-21, но у более тяжёлого класса свои правила: там к массе и эффективности относятся куда строже.
На рынке в этом сегменте уже работают GE9X для Boeing 777X и семейство Trent от Rolls-Royce, а Pratt & Whitney развивает линейку GTF в более низких классах тяги. Композиты давно используются в вентиляторах, обтекателях и отдельных элементах планера, но в сильно нагруженных частях двигателя их внедряют осторожно. Поэтому даже испытание сравнительно небольшой детали для ПД-35 — не локальный эксперимент, а проверка того, можно ли потом переносить такой подход дальше, на серийную машину.
Дальше всё упирается в стендовые испытания: ресурс, прочность, технологичность. Если узел пройдёт этот этап, его могут включить в будущую конфигурацию ПД-35, сроки которой уже несколько раз переносили. Раньше в отрасли говорили о конце десятилетия. Для программы, где каждый процент экономии топлива превращается в тонны груза и километры дальности, борьба за массу быстро становится вопросом денег.